Кровавое воскресенье

Утром 9-го января (у Нарвских ворот), гравюра, автор неизвестен

Утром 9-го января (у Нарвских ворот), гравюра, автор неизвестен

Кровавое воскресенье (Красное воскресенье) – это разгон мирного шествия рабочих к царю с петицией, произошедший 22 (9) января 1905 г. В результате демонстрация была расстреляна, а вера народа в царя подорвалась.

Предпосылки и предшествующие события

В 1904 г. по инициативе священника Георгия Аполлоновича Гапона в Санкт-Петербурге была создана крупная легальная рабочая организация – «Собрание русских фабрично-заводских рабочих», выступавшее за улучшение условий труда и жизни рабочих путем реформ и созыва Учредительного собрания.

Поводом для выступления рабочих послужила начавшаяся 16 (3) января забастовка на Путиловском заводе, вызванная увольнением четырех рабочих мастером А. Тетявкиным. Лишившиеся работы были членами «Собрания русских фабрично-заводских рабочих», а сам мастер был известен как сторонник конкурирующей организации – «Общества взаимопомощи».

«Собрание» пришло к выводу, что увольнение было незаконным. Члены организации приняли резолюцию, в которой требовали восстановить уволенных рабочих и уволить мастера, если же требования не будут удовлетворены, то возможна забастовка. Резолюцию представили директору Путиловского завод С. И. Смирнову, старшему фабричному инспектору С. П. Чижову и градоначальнику И. А. Фуллону. Но добиться выполнения своих требований не смогли.

В результате члены «Собрания» решили поддержать уволенных рабочих и начали забастовку. 16 (3) января, в понедельник, на Путиловском заводе началась забастовка, в ней участвовали все 12,5 тысяч рабочих. Теперь «Собрание» расширило список своих требований, в их числе были введение 8-часового рабочего дня, установка минимальной зарплаты, отмена обязательной сверхурочной работы, защита участников забастовки от наказания. На собрания проникали представители партий большевиков, меньшевиков и эсеров, они пытались настроить рабочих на революционный путь. Но руководители отделов «Собрания» их прогоняли.

17 (4) января к забастовке присоединились 2,5 тысячи рабочих с Франко-русского механического завода, 18 (5) января – 6,5 тысяч рабочих с Невского судостроительного и механического завода, 2 тысячи рабочих с Невской бумагопрядильной мануфактуры, 2 тысячи рабочих с Невской ниточной мануфактуры и 700 рабочих с Екатерингофской мануфактуры. Общая численность бастующих достигла 26 тысяч человек.

18 (5) января Георгию Гапону и руководителям «Собрания» стало очевидно, что руководство завода не пойдет на уступки, а правительство не поможет. Тогда было принято решение обратиться с петицией к царю Николаю II. Сначала планировалось, что петицию царю передаст депутация рабочих, но Гапон предложил пойти всем рабочим, т. к. в этом случае выше шансы, что Николай ознакомится с документом. Над петицией поручили работать литераторам А. И. Матюшенскому, В. Я. Богучарскому и В. Г. Тан-Богоразу. Но Гапону не понравились их варианты, поэтому в ночь с 19 (6) на 20 (7) января он составил свой вариант, 20-21 (7-8) января в текст внесли несколько поправок и утвердили.

В петиции были следующие требования: созыв народного представительства в форме Учредительного собрания, прекращение Русско-японской войны, свобода слова и печати, неприкосновенность личности, амнистия политических заключенных, уменьшение числа рабочих часов до 8 в день, отмена сверхурочной работы, увеличение зарплаты чернорабочим и женщинам до одного рубля в день, создание нормальных условий труда и т. д.

19 (6) января произошел неприятный инцидент, который оказал влияние на дальнейшие события. Во время Крещенского водосвятия на Неве, где присутствовал Николай II, был произведен выстрел одним из артиллерийских орудий в направлении царской палатки. Орудие предназначалось для учебной стрельбы, но было заряжено боевым снарядом. Снаряд взорвался недалеко от палатки императора, ранив городового Романова. И хотя расследование показало, что это было лишь несчастным случаем, в городе появились слухи о покушении на царя. Вечером 19 (6) января Николай покинул город и уехал в Царское село.

19-20 (6-7) января в отделах «Собрания», а также на фабриках и заводах начался активный сбор подписей под петицией. Представители партий большевиков, меньшевиков и эсеров считали, что петиция имеет революционный характер. Они решили воспользоваться петицией для революционной пропаганды, а также пытались встретиться с Гапоном и заключить соглашение.

Петицию увидело и правительство. 20 (7) января министр юстиции Н. В. Муравьев пожелал встретиться с Георгием Гапоном. Гапон хотел, чтобы Муравьев просил Николая II принять петицию, но министр отказался. После Гапон попытался связаться по телефону с министром внутренних дел П. Д. Святополк-Мирским, но тот отказался говорить.

После неудачной встречи с Муравьевым Гапон пригласил представителей всех революционных партий на совместное совещание. Гапон предложил провести мирное шествие, если же царь откажет принять петицию, или власти применят силу, то люди начнут революцию. При этом священник был уверен, что шествие будет мирным, и солдаты не станут стрелять в народ. Все революционные партии решили присоединиться к мирному шествию.

К 20 (7) января забастовка распространилась на все крупные предприятия Санкт-Петербурга, к вечеру в ней участвовало 382 заведения и 105 тысяч рабочих. 21 (8) января к забастовке присоединилось еще 74 предприятия и 6 тысяч рабочих. В числе бастующих были все типографии, поэтому перестали выходить газеты.

21 (8) января Георгий Гапон написал письмо Николаю II и министру внутренних дел П. Д. Святополк-Мирскому. В письме к царю священник сообщал о намерениях народа явиться в воскресенье к Зимнему дворцу, чтобы передать петицию. Гапон гарантировал Николаю II безопасность и говорил о том, что если он не выйдет к народу, или прольется невинная кровь, то порвется «нравственная связь» между народом и царем. В письме к министру внутренних дел Гапон призывал сообщить Николаю о планируемом шествии и ознакомить его с рабочей петицией. Министр отвез письмо и петицию царю, но никто из них Гапону не ответил.

Отсутствие реакции со стороны властей, неудачные переговоры привели к тому, что Гапон и его соратники стали более радикальными: уже с 21 (8) января священник стал в своих агитационных речах касаться царя, утверждая, что если Николай не поддержит народ или применит силу против демонстрантов, то его власть утратит свою легитимность.

Вечером 21 (8) января к Гапону в Нарвский отдел прибыл эсер Петр Моисеевич Рутенберг, чтобы узнать, есть ли план на случай столкновения с войсками. Рутенберг предложил свой план по строительству баррикад, разгрому оружейных магазинов и попытке прорваться к Зимнему дворцу. Гапон его одобрил.

Вечером 21 (8) января состоялось совещание у министра внутренних дел. На нем были сам министр внутренних дел П. Д. Святополк-Мирский, министр юстиции Н. В. Муравьёв, министр финансов В. Н. Коковцов, товарищ министра внутренних дел К. Н. Рыдзевский, товарищ министра внутренних дел П. Н. Дурново, товарищ министра финансов В. И. Тимирязев, директор департамента полиции А. А. Лопухин, градоначальник Санкт-Петербурга И. А. Фуллон и начальник войск гвардии и Санкт-Петербургского военного округа Н. Ф. Мешетич. На совете решили расставить на окраинах заставы из воинских подразделений и не допускать рабочих в центр города, при необходимости действовать силой. Все были уверены, что до кровопролития дело не дойдет. После П. Д. Святополк-Мирский и А. А. Лопухин прибыли в Царское село и доложили обо всем царю. Святополк-Мирский приказал Рыдзевскому арестовать Гапона, но тот не исполнил поручение, т. к. священник находился в одном из домов рабочего квартала, и при попытке его задержать могли пострадать полицейские.

В этот же вечер в редакции газеты «Наши дни» собралась демократическая интеллигенция. Все были уверены, что шествие приведет к столкновению рабочих и войск. Максим Горький предложил послать к министру внутренних дел депутацию, чтобы сообщить о мирных намерениях рабочих. Было избрано 10 человек, которые направились к министру, но тот уехал к императору. Их встретил Рыдзевский, который сказал, что правительство в курсе событий и в советах не нуждается. Депутация отправилась к председателю Комитета министров С. Ю. Витте, но тот не был осведомлен о решениях, принятых правительством, и поэтому не мог помочь. Он позвонил министру внутренних дел, но тот отказался разговаривать с депутацией.

Ход событий

Утром 22 (9) января рабочие и члены их семей (около 140 тысяч человек) двинулись с иконами, хоругвями и портретами императора из различных отделов «Собрания», находящихся на окраинах, к центру города – Дворцовой площади. По дороге к рабочим присоединились сочувствующие и случайные люди. Всего в шествии приняли участие около 150 тысяч человек.

Всего было 11 мест сбора у следующих отделов организации: Московского, Выборгского, Гаваньского, Колпинского, Нарвского, Коломенского, Василеостровского, Рождественского, Невского, Петербургского и на Обводном канале. В каждом районе был глава шествия, имевший при себе петицию.

По плану к 14:00 люди должны были собраться на Дворцовой площади. После депутация, возглавляемая Гапоном, должна была передать петицию царю. Если царь согласился бы подписать два указа (о созыве Земского собора и политической амнистии), то Гапон вышел бы к народу и махал белым флагом, после чего началось бы всенародное торжество. В противном случае священник вышел бы с красным флагом, что было сигналом к восстанию.

Еще в ночь перед шествием в Петербург стали прибывать войска. Весь город власти поделили на 8 районов, в каждом из них был назначен отряд войск из пеших и конных частей во главе с начальником отряда. Они должны были не пускать рабочих в центр города. Всего в городе находилось около 22278 человек из войск Петербургского гарнизона и около 8500 человек из войск, прибывших из Пскова, Петергофа и Рефеля, кроме того, на сдерживание шествия было привлечено около 10000 человек из внутренней полиции и другой охраны. Итого на подавление беспорядков направили около 40 тысяч человек.

Движение к Дворцовой площади

Около 11:30 к Нарвским триумфальным воротам приблизилась процессия, возглавляемая Гапоном. Возле ворот ее ожидали войска, при приближении толпы на нее бросился отряд конно-гренадер с шашками, несмотря на это люди продолжили свое шествие. В ответ по толпе произвели ружейный залп, и участники шествия обратились в бегство. В стычке было около 40 убитых и тяжелораненых, погиб и один из руководителей «Собрания» – Иван Васильевич Васильев. Гапона увел эсер Петр Моисеевич Рутенберг, во дворе священнику остригли волосы и переодели его в штатскую одежду, а после отвели на квартиру Максима Горького.

В 12 часов было разогнано шествие и на Петроградской стороне. Когда колонна приближалась к Троицкому мосту, к ней вышел офицер, который попытался остановить толпу. К нему навстречу пошли три депутата с петицией и просили пропустить их. Но офицер отбежал в сторону и дал приказ стрелять. Несмотря на это колонна продолжила идти, произошел второй залп, но после третьего рабочие стали разбегаться, успев забрать около 40 убитых и раненых. Вдогонку убегающим людям был послан отряд улан, рубивший шашками и топтавший лошадьми тех, кто попадался на пути.

Рабочие Выборгского отдела «Собрания», по плану, должны были встретиться на Каменноостровском проспекте с рабочими Петербургского отдела и вместе пойти к центру по Троицкому мосту. Но председатель Выборгского отдела Николай Михайлович Варнашев предвидел столкновение с войсками, поэтому предложил людям, прибывшим на место до 11 часов, двигаться в центр небольшими группами. Те, кто прибыли после 11 часов, пошли вместе. Когда шествие подходило к Каменноостровскому проспекту, против него была выслана кавалерия. Конница три раза атаковала толпу, рубя шашками и топча конями. Шествие было разогнано. Некоторые рабочие перебрались по льду через Неву и пошли в центр.

Шествие от Невского отдела «Собрания», возглавляемое Н. П. Петровым, двинулось к центру, вышло на Шлиссельбургский тракт и дошло до Скорбященской церкви, где столкнулось с пехотой и казаками Атаманского полка. Три депутата подошли к офицеру и попросили пропустить их, но он отказал. Для устрашения офицер приказал дать три залпа холостыми патронами, но толпа не отступила. Тогда казаки бросились на людей с шашками и пиками. Рабочие проломили забор, отделявший проспект от Невы и пошли по льду к центру.

 В 4 часа рабочие Колпинского отдела «Собрания» под руководством председателя Е. М. Быкова вышли в дорогу и к 11 часам прибыли в Петербург. На Шлиссельбургском тракте их остановила казачья сотня. Быков с петицией обратился к офицеру. Тот запретил идти прямо по проспекту, но позволил двигаться по льду Невы. Когда рабочие дошли до Калашниковского проспекта, их остановил другой офицер, он не разрешил идти толпой, и люди разбились на мелкие группы. Они благополучно прибыли на Дворцовую площадь.

Рабочие Василеостровского отдела «Собрания» двинулись в центр в 12-м часу. У Академии художеств их встретили отряды пехоты и кавалерии. Главы шествия вышли вперед и показали, что они безоружны. Навстречу им был брошен отряд казаков, но люди шли вперед. Тогда офицер приказал пехоте взять ружья и встать наизготовку, но даже после сигнального рожка колонна не отступила, а передние ряды распахивали пальто, подставляясь под пули. Пехота расступилась, и из нее вырвался новый отряд кавалерии с обнаженными шашками, казаки рубили людей, стегали нагайками и топтали лошадьми. Толпа бежала к Среднему проспекту, большая часть рабочих отступила обратно к отделу.

Пока руководители отдела решали, как поступить, представители революционных партий обратились к рабочим с предложением строить баррикады. Часть людей поддержала идею, и 1,5 тысячи человек пошли громить оружейные мастерские и строить баррикады. Примерно в 15 часов к баррикаде подошла рота Финляндского полка, разобравшая баррикады. В 17 часов на Малом проспекте была сооружена новая баррикада, но ее также разогнали войска. До конца дня на острове возводили еще несколько баррикад.

Дворцовая площадь

Около 12 часов на Дворцовой площади стали собираться рабочие. Вся площадь была заполнена военными, среди них были конные отряды, а также солдаты выкатили пушки. Уже к 14 часам на площади собралось несколько тысяч человек. Кроме рабочих было много и случайных людей, т. к. был выходной, многие не работал и поэтому пришли посмотреть, как царь выйдет к народу принять челобитную. Приходившие рабочие рассказывали о действиях войск, о стрельбе на заставах, множестве убитых и раненых, прошел слух, что Гапон убит – все это приводило к росту напряжения.

Около 14 часов конные отряды попытались оттеснить толпу, но им это не удалось. Рабочие взялись за руки и обступили кавалеристов плотной стеной. Напротив толпы выстроилась рота Преображенского полка. Офицер три раза предупредил людей, что если они не разойдутся, в них будут стрелять. Но рабочие не уходили. Тогда раздался залп, а после второй. Толпа бросилась бежать к Адмиралтейскому проспекту, за ней бросилась сотня казаков, избивая людей нагайками. Всего было около 30 убитых и раненых. Вскоре войска полностью очистили Дворцовую площадь от демонстрантов.

Невский проспект

С 11 часов народ стал собираться на Невском проспекте. Уже к 14 часам весь Невский проспект был загружен толпами рабочих и случайных людей. Выход к Дворцовой площади был закрыт кавалерией, и весь участок от нее до Мойки заполнился толпами. Кавалерия с трудом сдерживала напор людей. В 14 ч на Дворцовой площади послышались залпы, и от Александровского сада на Невский стали выносить раненых и тела убитых. Если до этого толпа была настроена мирно, то после ее настроение сильно изменилось: в адрес военных начались угрозы и крики с оскорблениями. В конные отряды стали кидать палки, камни и куски льда. Толпа набрасывалась на отдельных полицейских и военных, отнимала шашки и била их. В проходивший по Морской улице конный разъезд произвели два выстрела из револьвера. На Невском проспекте образовалось несколько митингов.

Для усмирения толпы на Невский проспект и в прилегающие районы было направлено несколько военных подразделений. Отряды конницы делали неудачные попытки разрезать и оттеснить толпу. Около 16 часов со стороны Морской улицы на проспект вышла рота Семеновского полка, отрядом командовал Николай Карлович Риман. Пехота пыталась оттеснить демонстрантов, но толпа не отступала, а ругалась, бросала камни и палки, некоторые демонстранты пытались агитировать солдат. Риман выстроил роту на Полицейском мосту, разделил на две части и приказал открыть стрельбу. Заиграл рожок, один взвод произвел два залпа вдоль набережной Мойки. После рота повернулась, и два взвода произвели по два залпа по Невскому проспекту. После толпа рассеялась. По свидетельству капитана Генштаба Е. А. Никольского, Риман отдал приказ о начале стрельбы без предупреждения, что являлось нарушением устава.

Итоги

Мирное шествие не привело к желаемому результату: рабочие не смогли передать петицию Николаю II. Войска пытались сдержать рабочих и не пустить их к Дворцовой площади, в результате чего были многочисленные жертвы.

Всего за 22 (9) января войсками были произведены залпы на Шлиссельбургском тракте, у Нарвских ворот, близ Троицкого моста, на 4-й линии и Малом проспекте Васильевского острова, у Александровского сада, на углу Невского проспекта и улицы Гоголя, у Полицейского моста и на Казанской площади. Полицейские и военные сообщали, что стрельба была вызвана нежеланием толпы выполнения требований остановиться или разойтись.

В настоящий момент число жертв «Кровавого воскресенья» неизвестно. По официальным правительственным данным было 130 убитых и 299 раненых. Общественность не поверила в эти цифры, люди считали, что власти специально скрывают число жертв. Появились слухи, что пострадали десятки тысяч людей. Слухи проникли в иностранные газеты, а оттуда и в российскую нелегальную печать.

31 (18) января В. И. Ленин опубликовал статью «Начало революции в России» в женевской газете «Вперед», в которой призывал свергнуть правительство. В ней он утверждал, что 22 (9) января было убито и ранено 4600 человек. Такие цифры стали официальными в Советское время.

Священник Гапон считал, что было убито около 600-900 человек, а ранено не менее 5 тысяч. Советский историк В. И. Невский предположил, что убитых было 150-200 человек, а раненых – 450-800 человек.

В результате событий 22 (9) января несколько военных было избито, но ни один не погиб. У Нарвской заставы были убиты двое полицейских залпами 93-го пехотного Иркутского полка.

Последующие события

Вечером 22 (9) января Гапон, находящийся в квартире Максима Горького, написал послание к рабочим, в котором сообщил, что у страны больше нет царя, и людям нужно начать борьбу за свободу. Кроме того, Горький также написал обращение к людям, где описал события, происходившие 21 (8) и 22 (9) января (о депутации, ходившей к министру внутренних дел, об убийстве людей), он обвинил П. Д. Святополк-Мирского и Николая II в предумышленном убийстве мирных граждан и призвал всех к борьбе с самодержавием.

Вечером в здании Вольно-экономического общества собралась демократическая интеллигенция. На собрании обсуждался вопрос о присоединении интеллигенции к рабочим, о необходимости сбора денег на вооружение рабочих, а также было принято «Обращение к офицерам русского войска, не принимавшим участия в бойне 9 января», их призывали перейти на сторону восставших. Вечером на собрание прибыли Гапон и Горький, они призывали всех продолжить борьбу. После их отъезда собрание продолжилось, пока в полночь его не разогнала рота солдат.

22 (9) января вечером также прошло собрание у министра внутренних дел П. Д. Святополк-Мирского. Министр спросил у градоначальника И. А. Фуллона о том, кто отдал приказ о стрельбе. Фуллон сообщил, что был лишен возможности распоряжаться, фактически власть в годе была в руках военных. Градоначальник подал прошение об отставке. Товарищ министра внутренних дел П. Н. Дурново сказал, что не следовало вызывать пехотные части, поскольку толпа была безоружна. Начальник штаба войск гвардии генерал Н. Ф. Мешетич ответил, что выбор войск был сделан на основе данных, полученных от градоначальника, а стрельба была естественным следствием вызова войск. В этот же вечер Николаю II доложили о случившемся, он был огорчен произошедшими событиями.

События, произошедшие 22 (9) января, побудили власть назначить должностное лицо, которое сосредоточило бы в своих руках военную и гражданскую власть в столице. 24 (11) января Николай II подписал указ об учреждении Петербургского генерал-губернаторства. На должность был назначен бывший московский обер-полицмейстер Дмитрий Федорович Трепов.

Трепов произвел массовые аресты среди либеральной интеллигенции и рабочих, были арестованы и заключены в Петропавловскую крепость все участники депутации, ходившие 8 января к министру внутренних дел с просьбой предотвратить кровопролитие. В домах депутатов был произведен обыск, в результате которого обнаружили воззвание с призывом свергнуть самодержавие, написанное Максимом Горьким, за это его арестовали. Обыски и аресты также проводились среди журналистов, у либеральных газет были изъяты все материалы о событиях 9 января. Газетам было разрешено печатать о событиях того дня только официальные сообщения властей.

По приказу Трепова по заводам были разосланы агитаторы, которые объясняли, что людей обманули, чтобы использовать в политических целях. 26 (13) января в газетах вышло обращение, подписанное Д. Ф. Треповым и министром финансов В. Н. Коковцовым о том, что рабочих использовали в своих целях «злонамеренные лица», и им стоит вернуться к работе, а взамен люди будут защищены от преступных посягательств. Рабочие постепенно вернулись на заводы и фабрики.

Кроме того, Трепов внушал Николаю II, что императору нужно лично воздействовать на рабочих и успокоить их. Для этого была организована депутация: к Трепову вызвали фабрикантов, которые должны были представить список из наиболее благонадежных рабочих – по одному с каждого завода и 2 от Путиловского. Трепов составил список из 34 человек. 1 февраля (19 января) эта депутация в сопровождении полиции прибыла в Зимний дворец, а оттуда в Царское село. Император поздоровался с ними и прочел по бумаге заготовленную речь. После депутатов отвели в церковь и накормили обедом, где раздали по листку с царской речью и отвезли обратно на вокзал.

Черновик речи был составлен Треповым. В нем говорилось, что людей ввели в заблуждение враги, царь предупреждал, что любые восстания будут подавлены вооруженной силой, а это повлечет неповинные жертвы. Кроме того, император обещал принять необходимые меры к улучшению жизни рабочих, но просил их о терпении. А в конце Николай II сказал, что верит в искренность рабочих и их веру в него, поэтому он их прощает. Император с женой из своих средств выделили 50 тысяч рублей для оказания помощи членам семей и убитых 9 января.

Речь императора напечатали в газетах. Она вызвала негативную реакцию: люди были возмущены тем, что их ранили и при этом их же прощают. Некоторые пострадавшие даже отказались от денежной помощи.

Последствия

Резко возросло забастовочное движение. К 23 (10) января в Петербурге забастовали все 625 предприятий и около 150 тысяч человек. По неполным официальным данным в январе бастовало более 440 тысяч рабочих в Российской империи, в феврале – около 300 тысяч.

Ряд губернских Земских собраний (13 из 34 существовавших) в знак протеста объявил перерыв в заседаниях зимних сессий.

Единство народа и главы государства было подорвано. Во время шествия погибли люди, верившие в императора. После этого люди по всей стране стали выступать против Николая. Все это привело к активизации либеральной оппозиции и революционной организации, в результате началась Первая русская революция.

наверх